<< Главная страница

IX




Табачная лавка Шен Де.
Лавка превратилась в контору с глубокими креслами и красивыми коврами. Идет дождь. Потолстевший Шой Да прощается с супружеской парой, торгующей коврами. Шин, усмехаясь, наблюдает за ними. Бросается в глаза, что она одета
во все новое.

Шой Да. Сожалею, но не могу сказать, когда она вернется.
Старуха. Сегодня мы получили письмо. В него были вложены двести серебряных долларов, которые мы когда-то ей одолжили. Отправитель не указан. Но письмо, конечно, от Шен Де. Нам хотелось бы написать ей, какой ее адрес?
Шой Да. И этого я, к сожалению, не знаю.
Старик. Идем.
Старуха. Когда-нибудь должна же она возвратиться!

Шой Да кланяется. Старики уходят, неуверенные и обеспокоенные.

Шин. Деньги пришли слишком поздно. Они потеряли свою лавку, потому что не заплатили налогов.
Шой Да. Почему они не обратились ко мне?
Шин. К вам обращаются неохотно. Вначале они ждали, что вернется Шен Де, ведь у них не было никакой расписки. В самое тяжелое для них время у старика началась лихорадка, и его жена день и ночь сидела возле него.
Шой Да (вынужден сесть, ему дурно). У меня опять кружится голова.
Шин (хлопочет около него). Вы на седьмом месяце! Волнения вредны для вас. Радуйтесь, что я здесь. Никто не может обойтись без человеческой помощи. В трудную минуту я буду подле вас. (Смеется.)
Шой Да (слабым голосом). Могу я рассчитывать на это, госпожа Шин?
Шин. А как же! Это, конечно, будет стоить какую-нибудь там мелочь. Расстегните воротник, вам станет легче.
Шой Да (жалобно). Ведь все это только ради ребенка, госпожа Шин.
Шин. Все ради ребенка.
Шой Да. Только я слишком быстро полнею. Боюсь, уже заметно.
Шин. Это объясняют благополучием.
Шой Да. А что будет с маленьким?
Шин. Три раза на день вы об этом спрашиваете. За ним будет хороший уход. Лучший, какой только возможен за золото.
Шой Да. Да. (Боязливо.) Он никогда не должен видеть Шой Да.
Шин. Никогда. Одну только Шен Де.
Шой Да. Но слухи в квартале! Водонос со своей болтовней. За лавкой следят!
Шин. Пока не узнал цирюльник, ничего еще не потеряно. Глотните воды.

Входит Сун в элегантном костюме, с портфелем делового человека. Он с
удивлением видит Шой Да в объятиях Шин.

Сун. Я, кажется, помешал?
Шой Да (поднимается с трудом и, шатаясь, идет к двери). До завтра, госпожа Шин.

Шин, натягивая перчатки, уходит улыбаясь.

Сун. Перчатки! Откуда, как, зачем? Смотрите, не окручивает ли она вас? (Так как Шой Да не отвечает.) Неужели и вы подвержены нежным чувствам? Смешно. (Достает листок из портфеля.) Во всяком случае, вы в последнее время не на вашей прежней высоте. Причуды. Неуверенность. Вы больны? Дело страдает от этого. Вот опять бумажка из полиции. Они грозят закрыть фабрику. Говорят, что в крайнем случае разрешат пребывание в одном помещении не больше чем двойному числу людей, сверх дозволенного законом. Пора наконец что-то предпринять, господин Шой Да!
Шой Да с минуту рассеянно смотрит на него. Затем уходит в заднюю комнату и возвращается со свертком. Достает из него новую шляпу-котелок и бросает ее
на письменный стол.

Шой Да. Фирма желает, чтобы ее представители прилично одевались.
Сун. Уж не для меня ли вы купили его?
Шой Да (равнодушно.) Примерьте, впору ли он вам.
Сун удивленно смотрит на Шой Да и надевает шляпу. Шой Да поправляет котелок.

Сун. Благодарю, но не уклоняйтесь от разговора. Сегодня вам предстоит обсудить с цирюльником новый проект.
Шой Да. Цирюльник ставит невыполнимые условия.
Сун. Если бы вы мне наконец сообщили, какие это условия.
Шой Да (уклончиво). Бараки вполне удовлетворительны.
Сун. Для сброда, который там работает, но не для табака. Он сыреет. Я поговорю с Ми Дзю о ее помещении еще до заседания. Когда мы его получим, мы сможем выгнать всех наших калек, попрошаек и недотеп. Они не годятся. За чашкой чая я поглажу Ми Дзю ее жирные колени, и помещение обойдется нам в полцены.
Шой Да (резко). Нет. Я требую ради престижа фирмы, чтоб вы вели себя сдержанно и холодно, как подобает дельцу.
Сун. Почему вы так раздражительны? Неужели из-за этих сплетен?
Шой Да. Я не слушаю сплетен.
Сун. Значит, это опять дождь. Каждый раз, когда идет дождь, вы становитесь раздражительны и грустны. Хотелось бы знать почему.
Голос Вана (с улицы).

Гром гремит, и дождик льется,
Ну а я - водой торгую,
А вода не продается
И не пьется ни в какую.

Я кричу: "Воды купите!"
Но никто не покупает.
В мой карман за эту воду
Ничего не попадает.

Сун. Опять этот проклятый водонос. Сейчас он снова начнет приставать.
Голос Вана (с улицы). Неужели в городе не осталось ни одного доброго человека? Даже здесь, где жила добрая Шен Де? Где она, которая много месяцев назад в дождливый день от радости купила у меня кружку воды? Где она теперь? Неужели никто не видел ее? Не слышал о ней? Однажды вечером она вошла в этот дом и больше уже не выходила из него.
Сун. Не заткнуть ли ему наконец глотку? Ему-то какое дело, где она! Впрочем, если на то пошло, вы не говорите этого только для того, чтобы не узнал я.
Ван (входит). Господин Шой Да, я снова спрашиваю вас, когда вернется Шен Де. Полгода прошло с тех пор, как она уехала.

Шой Да молчит.
За это время здесь было многое, чего не было бы в ее присутствии.

Шой Да продолжает молчать,
Господин Шой Да, ходят слухи, что с Шен Де что-то случилось. Мы, ее друзья, сильно встревожены. Будьте любезны дать нам ее адрес.
Шой Да. К сожалению, у меня сейчас нет времени, господин Ван. Приходите на следующей неделе.
Ван (взволнованно). От людей не укрылось и то обстоятельство, что рис, который раньше получали нуждающиеся, снова стал появляться у дверей.
Шой Да. И какие выводы делают из этого?
Ван. Что Шен Де вообще не уезжала.
Шой Да. А что же?

Ван молчит.
Тогда я отвечу вам. Ответ окончательный. Если вы друг Шен Де, господин Ван, спрашивайте возможно меньше о ее местопребывании. Вот вам мой совет.
Ван. Недурной совет! Господин Шой Да, Шен Де сообщила мне перед своим исчезновением, что она беременна!
Сун. Что?
Шой Да (быстро). Ложь!
Ван (очень серьезно). Господин Шой Да, не думайте, что друзья Шен Де когда-либо перестанут справляться о ней. Доброго человека забыть нелегко - их не так много. (Уходит.)
Шой Да, оцепенев, смотрит ему вслед. Потом быстро уходит в заднюю комнату.
Сун (к публике). Шен Де беременна! Я вне себя! Я обманут! Она, вероятно, сказала об этом своему двоюродному брату, а этот прохвост, конечно, тотчас же спровадил ее. "Уложи свои вещи и исчезни, пока отец ребенка ничего не знает". Но это противоестественно! Бесчеловечно! У меня сын. В мире должен появиться еще один Ян! И что же происходит? Девушка исчезает, а меня заставляют здесь работать. (В ярости.) Нет, шляпой не отделаешься! (Топчет шляпу ногами.) Преступник! Разбойник! Похититель детей! А девушка лишена защитника!

Из комнаты доносится всхлипывание.
(Застывает на месте.) Кто может там плакать? Кто же это? Перестали. Нет, кто-то плачет. Не рыдает же этот прожженный плут Шой Да! Кто же тогда? И что означает появление риса у дверей? Возможно ли, чтоб девушка была здесь? Неужели он ее прячет? А кто же может там плакать? Вот это был бы сюрприз! Если она беременна, я должен непременно разыскать ее!

Шой Да возвращается из комнаты. Подходит к двери и смотрит на дождь.
Итак, где она?
Шой Да (поднимает руку и прислушивается). Одну минутку! Уже девять часов. Но почему-то ничего не слышно. Слишком сильный дождь.
Сун (иронически). Что вы хотите услышать?
Шой Да. Почтовый самолет.
Сун. Шутки!
Шой Да. Когда-то, говорят, вы хотели летать? Разве вы потеряли интерес к этому?
Сун. Я не жалуюсь на мое теперешнее положение, если вы это имеете в виду. Признаться, я не люблю ночной службы. А почтовые самолеты летают ночью. Я, так сказать, привязался к фирме. Как-никак - это все же фирма моей бывшей невесты, если она даже и уехала. Ведь она уехала?
Шой Да. Почему вы спрашиваете?
Сун. Быть может, потому, что ее дела мне все еще не безразличны.
Шой Да. Это могло бы заинтересовать мою кузину.
Сун. Ее дела занимают меня, во всяком случае, до такой степени, что я не стану закрывать глаза, если ее лишают, например, свободы передвижения.
Шой Да. Кто лишает ее?
Сун. Вы!

Пауза.

Шой Да. Как бы вы поступили в подобном случае?
Сун. Я, пожалуй, прежде всего обсудил бы свое положение в фирме.
ШойДа. Ах, так! И если бы фирма, то есть я предоставил вам соответствующую должность, можно было бы рассчитывать, что вы прекратите дальнейшие, расспросы о вашей бывшей невесте?
Сун. Не исключено.
Шой Да. А как вы себе представляете свое новое положение в фирме?
Сун. Господствующим. Я думаю, например, о том, чтобы выбросить вас.
Шой Да. А если фирма вместо меня выбросит вас?
Сун. Тогда бы я, вероятно, возвратился, но не один.
Шой Да. А с кем?
Сун. С полицией.
Шой Да. С полицией. Допустим, что полиция здесь никого не найдет?
Сун. Она, вероятно, осмотрела бы ту комнату! Господин Шой Да, тоска по даме моего сердца становится неутолимой. Я чувствую, что должен предпринять что-то, чтобы снова обрести возможность заключить ее в свои объятия. (Спокойно.) Она беременна и нуждается в том, чтобы возле нее был человек. Пойду поговорю с водоносом. (Уходит.)
Шой Да неподвижно смотрит ему вслед. Затем быстро уходит обратно в комнату. Приносит различные вещи Шен Де - белье, платья, туалетные принадлежности. Долго смотрит на шаль, которую Шен Де купила у торговцев коврами. Затем связывает все вместе в узел и, заслышав шаги, прячет под стол. Входят домовладелица и господин Шу Фу. Они приветствуют Шой Да, снимают галоши и
кладут зонтики.

Домовладелица. Наступает осень, господин Шой Да.
Господин Шу Фу. Грустное время года!
Домовладелица. А где ваш очаровательный доверенный? Ужасный сердцеед! Вы, наверно, не знаете его с этой стороны. Однако он отлично сочетает мужское обаяние со служебным долгом, что для вас только выгодно.
Шой Да (кланяется). Садитесь, пожалуйста.

Садятся и закуривают.
Друзья мои, непредвиденный случай, чреватый известными последствиями, заставляет меня ускорить переговоры, которые я недавно начал вести о будущем моего предприятия. Господин Шу Фу, моя фабрика в затруднительном положении.
Господин Шу Фу. Как всегда.
Шой Да. Но сейчас полиция открыто угрожает закрыть ее, если я не смогу сослаться на переговоры о новом объекте. Господин Шу Фу, речь идет о единственной собственности моей кузины, к которой вы всегда проявляли такой повышенный интерес.
Господин Шу Фу. Господин Шой Да, я крайне неохотно участвую в обсуждении ваших постоянно расширяющихся проектов. Я говорю о скромном ужине с вашей кузиной, а вы намекаете на финансовые затруднения. Я предоставляю в распоряжение вашей кузины жилье для бездомных, а вы открываете там фабрику. Я передаю ей чек, вы предъявляете его. Ваша кузина исчезает, вы желаете получить сто тысяч серебряных долларов, давая понять при этом, что мои дома слишком для вас малы. Господин Шой Да, где ваша кузина?
Шой Да. Господин Шу Фу, успокойтесь. Могу вас обнадежить - она очень скоро вернется.
Господин Шу Фу. Скоро? Когда же? Я слышу от вас "скоро" уже несколько недель.
Шой Да. Я не требовал от вас новых подписей. Единственное, о чем я вас спросил, - заинтересуетесь ли вы моим проектом, если моя кузина возвратится.
Господин Шу Фу. Я вам говорил тысячу раз, что с вами мне больше нечего обсуждать, с вашей кузиной же, напротив, я готов обсуждать все. Но у меня создалось впечатление, что вы намерены препятствовать такой беседе.
Шой Да. Больше не намерен.
Господин Шу Фу. Когда же она состоится?
Шой Да (неуверенно). Месяца через три.
Господин Шу Фу (сердито). Значит, месяца через три я дам свою подпись.
Шой Да. Однако нужно все подготовить.
Господин Шу Фу. Вы успеете все подготовить, Шой Да, если уверены, что ваша кузина на этот раз действительно приедет.
Шой Да. Госпожа Ми Дзю, согласны ли вы заверить полицию, что я получаю ваше фабричное помещение?
Домовладелица. Конечно, если вы уступите мне своего доверенного. Вот уже несколько недель, как вам известно мое условие. (Господину Шу Фу.) Это очень дельный молодой человек, а мне нужен управляющий.
Шой Да. Должны же вы понять, что именно сейчас я не могу обойтись без господина Ян Суна, при всех теперешних трудностях и при моем в последнее время столь пошатнувшемся здоровье! Я с самого начала был готов уступить вам его, но...
Домовладелица. Вот именно, но...

Пауза.

Шой Да. Хорошо, завтра он зайдет в вашу контору.
Господин Шу Фу. Приветствую такое решение, Шой Да. Если бы мадемуазель Шен Де действительно возвратилась, присутствие здесь молодого человека оказалось бы в высшей степени неуместным. Всем нам известно, какое пагубное влияние он имел на нее.
Шой Да (кланяясь). Несомненно. Простите мое продолжительное, недостойное делового человека колебание в обоих вопросах, касающихся моей кузины Шен Де и господина Ян Суна. Эти люди были близки когда-то.
Домовладелица. Мы вас извиняем.
Шой Да (глядя на дверь). Друзья мои, давайте придем теперь к окончательному решению. Вместо этой когда-то маленькой лавки, где бедняки нашего квартала покупали табак доброй Шен Де, мы, ее друзья, решаем открыть двенадцать больших магазинов, в которых будет продаваться хороший табак Шен Де. Я слышал, что народ называет меня табачным королем Сычуани. На самом деле я руководил этим предприятием исключительно в интересах моей кузины. Оно будет принадлежать ей, ее детям и детям ее детей.

С улицы доносится шум толпы. Входят Сун, Ван и полицейский.

Полицейский. Господин Шой Да, очень сожалею, но возбуждение среди жителей квартала вынуждает меня расследовать заявление, поступившее из вашей собственной фирмы, о том, что вы лишили свободы свою кузину Шен Де.
Шой Да. Это неправда.
Полицейский. Господин Ян Сун утверждает, что слышал рыдания из комнаты позади вашей конторы, которые могли исходить только от особы женского пола.
Домовладелица. Смешно. Я и господин Шу Фу, уважаемые граждане этого города, показания которых полиция едва ли может взять под сомнение, свидетельствуем, что здесь никто не рыдал. Мы спокойно курим свои сигары.
Полицейский. К сожалению, мне поручено осмотреть упомянутую комнату.

Шой Да открывает дверь.
(С поклоном переступает порог комнаты. Заглядывает внутрь, потом поворачивается и улыбается.) Там действительно никого нет.
Сун (подошедший к нему). Да, но я слышал плач! (Взгляд его падает на стол, под который Шой Да засунул узел. Подбегает к нему.) Этого раньше здесь не было! (Развязывает узел, показывает платья Шен Де и т. п.)
Ван. Это вещи Шен Де! (Бежит к двери и кричит.) Нашли ее платья!
Полицейский (берет вещи). Вы заявляете, что ваша кузина уехала. Под вашим столом обнаружен спрятанный узел с ее вещами. Где девушка, господин Шой Да?
Шой Да. Я не знаю ее адреса.
Полицейский. Очень жаль.
Возгласы толпы. Нашли вещи Шен Де! - Табачный король убил девушку и упрятал ее!
Полицейский. Господин Шой Да, я вынужден просить вас следовать за мной.
Шой Да (кланяется домовладелице и господину Шу Фу). Прошу прощения за этот скандал, господа. Но в Сычуани есть еще судьи. Я уверен, что все быстро разъяснится. (Выходит, за ним идет полицейский.)
Ван. Совершено ужасное преступление!
Сун (потрясенный). Но я же слышал плач!

ИНТЕРМЕДИЯ

Ночлег Вана.
Музыка. В последний раз водоносу являются во сне боги. Они очень изменились. Ясно видны следы долгих странствий, глубокой усталости и многих тяжелых испытаний. У одного сбита с головы шляпа, другой попал ногой в капкан для
лисиц, все трое босы.

Ван. Наконец-то вы появились! Ужасные вещи происходят в табачной лавке Шен Де, мудрейшие! Вот уже несколько месяцев, как она опять уехала. Все захватил двоюродный брат! Сегодня его арестовали. Говорят, он убил ее, чтобы завладеть лавкой. Но я этому не верю, потому что она явилась мне во сне и рассказала, что двоюродный брат держит ее в плену. О мудрейшие, вы должны тотчас же вернуться и отыскать Шен Де.
Первый бог. Это ужасно. Все наши поиски оказались впустую. Мало мы нашли добрых людей, а те, которых нашли, живут жизнью, недостойной человека. Мы решили держаться Шен Де.
Второй бог. Если она все еще осталась доброй!
Ван. Конечно, Шен Де добрая, но она исчезла!
Первый бог. Тогда все пропало.
Второй бог. Спокойствие.
Первый бог. К чему тут еще спокойствие? Если мы ее не найдем, мы должны будем подать в отставку. О, что за мир предстал нашим глазам - повсюду бедствия, низость, измена! Даже природа изменила нам. Прекрасные деревья обезглавлены проволокой, по ту сторону гор виднеются густые облака дыма, слышится гром пушек, и ни одного доброго человека, который способен устоять!
Третий бог. Ах, водонос, по-видимому, наши заповеди губительны! Боюсь, все правила нравственности, которые мы установили, должны быть вычеркнуты. У людей хватает забот, чтоб хотя бы спасти свою жизнь. Добрые намерения приводят их на край пропасти, а добрые дела сбрасывают их вниз. (Двум другим богам.) Мир не приспособлен для жизни, вы должны это признать!
Первый бог (горячо). Нет, люди ничего не стоят!
Третий бог. Потому что мир слишком холоден!
Второй бог. Потому что люди слишком слабы!
Первый бог. Побольше достоинства, дорогие, побольше достоинства! Нельзя отчаиваться, братья. Мы все же нашли одного, который был добрым и не стал злым. Он только исчез. Поспешим найти его. Одного достаточно. Разве мы не говорили, что все еще может наладиться, если найдется хотя бы один, который выдержит эту жизнь, хотя бы один?!

Боги быстро исчезают.


далее: X >>
назад: VIII <<

Бертольд Брехт. Добрый человек из Сычуани
   ПРОЛОГ
   I
   II
   III
   ИНТЕРМЕДИЯ
   IV
   ИНТЕРМЕДИЯ ПЕРЕД ЗАНАВЕСОМ
   V
   ИНТЕРМЕДИЯ ПЕРЕД ЗАНАВЕСОМ
   VI
   ИНТЕРМЕДИЯ
   VII
   VIII
   IX
   X
   КОММЕНТАРИИ


На главную
Комментарии
Войти
Регистрация